Пятница, 07 Августа 2020, 21:33
Меню сайта
Поиск
Форма входа
Категории раздела
G [36]
Фики с рейтингом G
PG-13 [51]
Фики с рейтингом PG-13
R [70]
Фики с рейтингом R
NC-17 [88]
Фики с рейтингом NC-17
Дневник архива
Наши друзья


















Сейчас на сайте
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Статистика

Фанфики

Главная » Файлы » Джеймс/Сириус » NC-17

Изнанка любви. Глава IV
[ ] 11 Июня 2009, 06:14
 
Глава IV


Над пучиной в полуденный час
Пляшут искры, и солнце лучится,
И рыдает молчанием глаз
Далеко залетевшая птица.
Заманила зеленая сеть
И окутала взоры туманом,
Ей осталось лететь и лететь
До конца над немым океаном.
Прихотливые вихри влекут,
Бесполезны мольбы и усилья,
И на землю ее не вернут
Утомленные белые крылья.
И когда я увидел твой взор,
Где печальные скрылись зарницы,
Я заметил в нем тот же укор,
Тот же ужас измученной птицы.
Николай Гумилев

Стрелки больших часов дрогнули и слились воедино. Стараясь ступать тише, Гарри на цыпочках прокрался в гостиную. Большой свет был уже погашен; горело только бра у входа. Но тут сбоку он него раздался какой-то звук… скрип пружин. Поднявшись с дивана, Рон укоризненно смотрел на него из-под рыжей челки.
- Где ты был?
- Ну… ты же знаешь. Он снова назначил мне отработку, и мне пришлось…
Но Рон был не слепой. Он заметил, что в последнюю неделю Снэйп почти перестал цепляться к Гарри. Напротив, он стал с ним подозрительно мягок…
- Гарри… - он шагнул к нему, оборвав на полуслове. - Пожалуйста, не ври мне. Ты не был у Снэйпа. Ты насквозь пропитан его запахом.
Инстинктивным движением Гарри поднес свой рукав к лицу…
- Вот видишь. Ты снова был у него.
- У кого?
- Гарри, не надо. Я видел, как он трогал тебя в классе.
Отчаянно покраснев, Гарри теребил застежку своей мантии. Рон был прав. И возразить ему было нечего.
- Зачем ты ходишь к нему? Я же вижу, он тебя мучает. Ты почти не спишь, под глазами круги… ты на себя хоть в зеркало смотрел?
Опустив голову, Гарри с преувеличенным вниманием рассматривал носки своих ботинок. Сейчас он готов был провалиться со стыда, но…
- Рон. Я думал, ты поймешь. Я… просто не могу иначе!
Горькая усмешка искривила губы Рона.
- А, так ты знаешь, чем это кончается? Уже сделал свой выбор? Гарри! - он почти кричал. - Не позволяй этому слизеринскому ничтожеству втоптать себя в грязь! Он не любит тебя и… он просто не способен любить! У него глаза статуи…
- А какие глаза у Дина, Рон?
Он знал, что бьет по больному месту, но остановиться уж не мог.
- Что бы ты отдал за то, чтобы его целовать? За то, чтобы он ласкал тебя?
Молчание. Губы Рона дрожали. Гарри порывисто обнял друга и спрятал лицо у него на груди.
- Прости меня.
Остекленевшим взглядом Рон смотрел поверх его головы…

Он пообещал Рему, что будет встречаться с Малфоем дважды в неделю, по вторникам и пятницам. Сегодня была пятница. И Гарри не мог думать ни о чем, ни о ком… кроме Драко. Проклятье! Как он мечтал снова оказаться под ним… почувствовать сладкую тяжесть его тела…о, Мерлин! В итоге весь день он был на взводе. Ходил, прикрываясь учебником, как чертова первокурсница.
Интересно, заметил он или нет? Если да, то должен быть польщен…
…Гарри пришел в подземелья без десяти девять. И полчаса стоял за колонной, глядя, как Драко недоуменно оглядывается и переминается с ноги на ногу. Вот он снова посмотрел на часы. Его брови нахмурились, и он бросил еще один взгляд в сторону пустынного коридора. А затем… развернулся к стене и, выругавшись, изо всех сил пнул ее носком ботинка. На его лице отразилось явное отчаяние.
И Гарри не выдержал. Выйдя из-за его спины, он негромко сказал:
- Привет, Малфой.
- Поттер. Я думал, ты более пунктуален. - в его голосе не было и следа эмоций.
- Главное, что я здесь. Так мы будем заниматься или нет?
При слове "заниматься" Малфой тихо хмыкнул.
- Какое рвение, Поттер. Вижу, тебе понравилось.
- Ты тоже меня ждал. И довольно долго.
- Я - человек слова. И будь добр в следующий раз явиться вовремя. Ты сильно рискуешь, испытывая мое терпение.
Как и тогда, они поднялись наверх. Ударом ноги Малфой распахнул дверь. Посередине комнаты, вместо злополучного дивана, стоял длинный и узкий письменный стол. Пройдя к окну, Драко уселся в кресло на дальнем конце стола. Гарри сел у двери. Сейчас их разделяло довольно приличное расстояние. Драко явно хотел отгородиться от него, быть как можно дальше. И еще… он не запер дверь.
- Ну что ж, начнем, - ровным голосом сказал Малфой. - Надеюсь, в этот раз нас ничто не будет отвлекать.

Вконец утомившись от попыток вызвать в себе животную сущность, последние полчаса они откровенно маялись дурью. Малфой сидел, откинувшись в кресле; его ноги в начищенных до блеска ботинках лежали на столе.
Сощурившись, он наблюдал за Гарри, который бездумно уставился в потолок. На губах гриффиндорца застыла мечтательная улыбка.
- Поттер.
Гарри сфокусировал взгляд на нем.
- У тебя брюки домиком.
- Что?!
- Ты слышал. Расстегни, может, тебе полегчает.
- Малфой!
- Да, Поттер. Ты что, шуток не понимаешь? Может, мне тоже брюки жмут. Вот только это связано с их покроем, а не с моим… кхм… душевным состоянием.
И он подмигнул Гарри, похабно ухмыляясь.
- Заткнись!
- Заткни меня, если сможешь! - Малфой откровенно скалился, глядя ему в лицо. Взгляд Гарри был прикован к его губам. Челюсти на миг свело судорогой желания. Отведя глаза, он встряхнул головой, словно отгоняя наваждение.
- И где же наша хваленая гриффиндорская смелость?
Гарри не мог понять, чего он добивается. С одной стороны, Драко явно хотел отдалиться от него. Но эти слова… Они вызывали дикое желание завалить его на этот стол и... Какого черта он так нагло им манипулирует?
- Да пошел ты! Все, с меня довольно!
Юноша вскочил и широкими шагами направился к двери.
- Гарри…
Он застыл у порога, как вкопанный.
- … ты ведь еще придешь?
Все еще держась за косяк, Гарри обернулся. И в его глазах Драко прочел ответ.

Писать на кровати было крайне неудобно, - ныли локти, перо царапало бумагу. Но Гарри уже устал бороться со своими привычками. Закончив длинный доклад по Уходу (и не лень Хагриду все это читать?), Гарри отложил пергамент в сторону и в изнеможении откинулся на спину.
Протянув руку под подушку, он вытащил оттуда большую стеклянную рамку и, держа на вытянутых руках, стал жадно ее рассматривать.
Заслонившись рукой от солнца, с фотографии на него глядел неотразимый красавец Малфой. Сбоку от его лица играли радужные блики, и улыбка Драко была такой же ослепительной, как солнце, что било ему в спину. Гарри даже помнил, когда это было - в мае прошлого года, после матча Гриффиндор-Слизерин. Он тогда еще мантию порвал - вот здесь, на локте.
Конечно, он поступил, как последняя сволочь - спер эту фотку из тумбочки Лаванды. Но она сама виновата - нечего было во всеуслышанье похваляться, что у нее есть фотка сексуальнейшего Малфоя. После такой рекламы ему ничего не оставалось, как присвоить это сокровище себе.

В тот день они должны были встретиться снова. И когда Гарри утром открыл глаза, первой его мыслью было: "Я иду к Драко". Он уже давно оставил все попытки убедить себя в том, что делает это ради Рема. Оборотень тут был совершенно ни при чем. Если бы он вдруг решил забросить свой проект, Гарри бы голову сломал, но придумал бы другой предлог, чтобы видеться с Малфоем…
С их предыдущей встречи Драко, похоже, кое-что пересмотрел, и диван вернулся на свое законное место. Так было гораздо лучше. Они сидели рядом и увлеченно обсуждали, в кого должны превратиться, если они все-таки анимаги.
- Я уже знаю, кем буду. Ты видел мой патронус … Даже пытался изобразить, - не удержавшись, добавил Гарри.
- Фу-у, Поттер. Как можно быть таким злопамятным? Это так не по-гриффиндорски.
- С кем поведешься, Малфой. Ну а ты бы кем был?
- Ястребом, конечно, - не задумываясь, ответил он.
- Так ты хищник?
- А ты как думаешь, Потти-и… - он слегка придвинулся к нему и медленно облизнул губы. Блеск серых глаз гипнотизировал. Невольно подавшись вперед, Гарри впился взглядом в его лицо. Протянув руку, Драко прикоснулся к губам юноши и нежно обвел их контур.
О, Мерлин, вот оно… Как сделать так, чтобы он продолжал? Внезапно решившись, он схватил Драко за запястье и прижал узкую ладонь к своим губам. Слизеринец смотрел на него с дразнящей улыбкой. Его взгляд словно говорил: "И что дальше?"
…Он и сам не знал, зачем это сделал. Взяв его большой палец, Гарри вобрал его в рот, как конфету. Глубже, до самого основания… Сложив губы колечком, он стал плавно сосать его, в быстром и устойчивом ритме, не отрывая затуманившегося взгляда от лица блондина. Кончиком языка нежно обвел подушечку… Зрачки Драко расширились, на бледных щеках вспыхнул румянец.
- Поттер, - от звука этого голоса у Гарри пересохло в горле.
Он вскинул глаза. Отняв свою руку, Драко указал ему на пол рядом с диваном.
- Сядь там.
Гарри послушно слез с дивана и устроился внизу, на ковре. Широко расставив ноги, Малфой наклонился и притянул темноволосую голову к себе. Лаская его затылок, он прижал лицо юноши к своему паху. Вот это да… Его реакция на ласки Гарри была весьма недвусмысленной.
Черт, это невероятно. Он же девственник! Где он мог научиться такому? Я просто дразнил его, а сейчас… О, Мерлин. Я готов умолять Поттера взять меня в рот. Такой влажный, горячий, такой умелый рот…А какие у него губы…
- Нет… - голова запрокинулась, и это "нет" сорвалось с губ тихим стоном.
Гриффиндорец улыбнулся. Его руки потянулись к пряжке ремня…
- Ну давай же… Гарри, - услышал он голос Драко, дрожащий от желания.
Но Гарри не спешил. Склонив голову к плечу, он лукаво глядел на него снизу вверх, словно ожидая чего-то.
О, Боже, как у него стояло… Драко давно не испытывал такого зверского возбуждения. Не сдержавшись, он сжал рукой свой выпирающий член. Погладил - медленно, выгибаясь от собственных прикосновений. Ему так хотелось, но…
- Драко… - этот шепот проникал ему прямо в уши. - Чего ты хочешь?
О, ч-черт! Каков наглец…Он же вернул его слова! Слизерин, только Слизерин. Шляпа никогда не ошибается…
Собрав всю свою волю в кулак, Драко отпихнул его от себя. Резко встал с дивана.
- На сегодня все, Поттер. Можешь идти.
Захлопнув за ним дверь, он содрал с себя одежду и включил душ… Этой ночью Драко метался на своей постели, вскрикивая. Ему снился Поттер. Голый Поттер, стоящий перед ним на коленях.

Когда Гарри думал, как называть их с Малфоем отношения, он заходил в тупик. Они не были ни друзьями, ни любовниками. Но в то же время все его мысли без остатка были заполнены только Драко. Внешне ничего не менялось, но Гарри знал, что их отношения никогда не станут прежними. Они встречались два раза в неделю, но очень скоро этого стало мало. При любой возможности они старались быть ближе друг к другу. Вернее, это Гарри старался… Малфою как будто бы было все равно. На уроках они и так сидели вместе, и это было так здорово - касаться его коленями, и знать, что он чувствует то же самое. Нет, они ничего не обсуждали. Между ними существовало негласное табу. Можно было говорить о чем угодно, но только не об этом… Когда они занимались на улице - на Уходе или Гербологии, Драко стоял позади него и прижимался к нему бедрами - так, что он мог чувствовать его возбуждение. В такие моменты Гарри переставал слышать преподавателя и думал лишь о том, как бы не выдать себя каким-нибудь нетихим звуком… Еще Малфой мог просунуть руку между его сжатых ног и ласкать его, практически у всех на виду. Когда он сделал это в первый раз, Гарри, к своему стыду, не смог сдержаться. Тем более, что другая рука, скрытая в рукаве мантии, нежно сжала его изнемогающий член…
Со временем он научился сохранять нормальное выражение лица - так, что однокурсники не могли догадаться, в каком состоянии он пребывает. Что же до Драко, то его самообладанию мог позавидовать даже Снэйп. Он был из тех людей, которые, попав ножом по пальцу, произносят только: "Какая досада!" Даже когда Гарри ласкал его рукой под партой, Малфой сохранял невозмутимое выражение лица, а когда он кончал, у него лишь немного дергалась левая бровь. И в этом было какое-то странное очарование - чувствовать яростные толчки бедер внизу и, подняв взгляд, видеть бесстрастную маску. И лишь иногда, когда они были наедине, Драко позволял себе расслабиться. Но "расслабиться" в его понимании означало всего лишь позволить себе быть таким, каким Гарри был всегда.
Улыбаться, когда чувствуешь радость, плакать, когда тебе грустно…
Драко не разрешал раздевать себя, а Гарри так хотелось увидеть то, что снилось ему каждую ночь… Он мог бы смотреть на него, когда они были в душе, но увы - кроме них, там было полно народу. А Гарри вовсе не хотелось демонстрировать всем реакции своего тела на белокурого слизеринца... А еще он сказал, что не любит целоваться. И что самое ужасное, Гарри поверил. Ха! Ведь говорил же Сириус: Малфоям верить нельзя!

Темнота, наполненная до краев шепотом и тихими звуками. Певучий голос, дрожащий от волнения. Это Профессор Синистра читает оду созвездию Пегаса.
- Послушайте! Большой квадрат состоит из четырех звезд - Маркаб, Шат и Альгениб. Четвертая - Альферац, принадлежит созвездию Андромеды. Маркаб - "повозка", Шат - искаженное слово "саид" - рука или плечо, а Альгениб - от слов "Сиррат аль-фарас", что означает "пупок лошади"…
Они сидели на каменном полу, задрав головы, глядя в иссиня-черное небо, усыпанное бриллиантами звезд. Благословенная тишина сковала умы и сердца, оставив лишь робкое благоговение перед таинством природы.
Драко сидел впереди него, обхватив руками колени. Луна запуталась в его волосах и не желала уходить на небо. Расширившимися ноздрями Гарри вдыхал его запах. О, зачем он сидит так прямо? Он мог бы откинуться назад… совсем чуть-чуть… и тогда… Словно услышав его молчаливый призыв, Драко выгнул спину, и белокурая голова легла на его колени. Гарри тихо задохнулся от счастья.
Драко… Как удержаться, чтобы не зарыться пальцами в эти шелковистые волосы… Он ласкал его затылок, виски - медленными движениями, наслаждаясь каждой минутой. Пальцы сжимались и разжимались, заставляя Драко жмуриться от удовольствия. Голос, звучащий над их головами, распадался на отдельные звуки и смыслы. Они пересыпались, как фигурки в калейдоскопе, образуя странные и красивые сочетания.
Гарри склонился над ним. Лунные блики в светлых глазах, полуоткрытые губы… Руки обвили его за шею, притянув к себе. Звуки стихли, краски поблекли. Время остановилось.

Любовь и нежность никогда не даются тебе просто так - это Драко запомнил на всю жизнь. За все надо платить, - если не сейчас, то потом, и уже с процентами…
Когда мать, шелестя атласной юбкой, садилась рядом с ним и заглядывала в глаза, это означало только одно. Она снова хочет, чтобы Драко просил у отца денег на очередную ее безделушку. Запах жасмина… жеманное лицо под слоем косметики, похожее на посмертную маску… Если отец приходил к нему вечером и, расстегнув камзол, садился на краешек кровати, значит, он снова хочет, чтобы Драко пофлиртовал с одним из его партнеров по бизнесу. И обычно это были далеко не юные мальчики… Когда его называли по имени, Драко всегда вздрагивал… Потому что он знал: просто так никого по имени не называют. И никого не ласкают просто так! Конечно, Поттер врет - он наверняка делает это с умыслом. Но зачем столько? Ему хватило бы и пары прикосновений…
Он никак не мог привыкнуть к тому, как щедро Гарри дарил свою любовь. Проходя мимо, он обязательно касался его. На уроках он трогал его постоянно, и Драко устал отводить его руки от себя. В конце концов, он позволил Поттеру трогать себя столько, сколько влезет…
Когда они были одни, Гарри терял всякий стыд. Он ласкал его без конца, прижимал к себе, шептал нежные слова. Никто и никогда не говорил Драко таких слов. Даже Уолден.

Уолден Макнейр был его "наставником". Когда отец впервые представил его Драко, мальчик был в шоке. И этот урод должен лишить его невинности?! Но, к счастью, уродливым у него было только лицо. И еще… он был не таким, как все. Драко ожидал грубости, насилия… даже побоев, но ничего этого не произошло. Уолден не принуждал его. Он ждал, пока юный Малфой сам захочет довериться… раскрыться ему навстречу.
Если бы отец знал… Целый год Макнейр не прикасался к нему. Они договорились, что, если Драко не захочет, то этого не будет вообще. Он и его наставник проводили много времени вместе - ходили по антикварным лавкам, катались верхом, просто гуляли… Драко позволял обнимать себя, но это было только для виду. Когда они оказывались в безлюдном месте, Уолден снимал свою руку с его талии и они шли дальше, как ни в чем не бывало.
Но пришел тот день, когда Драко не захотелось, чтобы он убирал руку.
- Обними меня, Уолден.
Лицо пожилого мужчины на мгновение озарилось радостью, но она тут же померкла.
- Я знаю, ты благодарен мне, мальчик. Но не путай благодарность с любовью.
Драко задумался. Целую неделю он избегал его, а потом как-то встретил в саду, у беседки. Грудь словно сжало тесным обручем, на глаза навернулись слезы… Ласковым движением Макнейр положил руку ему на плечо.
- Драко. Ну что ты, Драко. Все пройдет, ты еще очень молод…
- Нет, Уолден. Не пройдет.
Он поднес его загрубевшую руку к губам и поцеловал.
- Приходи ко мне, сегодня. Я буду ждать.
- Да, мой мальчик. Если ты хочешь…
…Ту ночь Драко не забудет никогда. Он и не знал, что это может быть так хорошо, так сладко… Выгибаясь в руках мужчины, он стонал, пока тот срывал с него одежду. И когда Уолден с силой входил в него, он кричал от наслаждения, и хотел еще, и еще… Уолден… как можно забыть тебя?
…И когда Гарри, обезумев от страсти, покрывал жадными поцелуями его шею и плечи, он чувствовал себя таким беспомощным… Его взгляд умолял о большем... Драко просто тонул в омуте зеленых глаз. И тогда он думал: если я дам ему то, чего он так хочет, то он будет иметь власть надо мной. А ведь это он хотел подчинить себе Поттера. Зачем? Он уже и сам не помнил.
Хотя нет… когда-то у него была мечта.

Стоны… нетерпеливое ерзанье.
- Драко… Я хочу тебя, Драко!
Он и сидели на полу, обняв друг друга ногами. Его губы распухли от поцелуев.
- Знаю… А если бы я согласился… что бы ты сделал ради этого?
- Все! Все, что захочешь. Говори!
- Знаешь… мне кажется, завтра я поймаю снитч.
Гарри коротко кивнул:
- Поймаешь.

Оглушительные вопли и свист... крики со всех сторон. Господи, он сейчас оглохнет. Зычный голос мадам Хуч, в десятки раз усиленный репродуктором, гремел на все поле:
- …победила команда Слизерина! Да здравствует великолепный, потрясающий, непревзойденный Драко Малфой! Ура! Ура! Ур-ра-ааа!!!!
Ответом ей был восторженный рев со стороны слизеринских трибун и крики разочарования со стороны Гриффиндора.
Гарри потерянно брел к раздевалке. Оторванный край его мантии волочился по земле, но он просто не замечал. У дверей он столкнулся с Роном.
- Гарри… мне так жаль…
Что-то мелькнуло в его глазах. Сочувствие? Понимание?
- Поздно, - ответил Гарри.
И правда, поздно. Он победил. А Гарри всего лишь замедлил скорость полета. Совсем немного, на доли секунды - так, чтобы Драко смог его опередить …

Весь ужин он ерзал на стуле, пытаясь поймать взгляд Малфоя. Но он, как будто нарочно, не смотрел в его сторону. Улыбался, шутил с девчонками, принимал поздравления.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем часы пробили девять. Прошептав пароль, Гарри вошел в слизеринскую гостиную. Ни на кого не глядя, он поднялся вверх по ступенькам и постучал в дверь его комнаты.
- Красавчик, а ты уверен, что он наверху? - прогудел насмешливый бас Флинта.
Он ждал. Дверь отворилась, и в щель просунулась голова Драко. Гарри в упор посмотрел на него. Посторонившись, слизеринец пропустил его внутрь.
За ним захлопнулась дверь.
Не говоря ни слова, Гарри сорвал с шеи галстук, расстегнул рубашку и отшвырнул ее прочь. Подойдя к Драко, он обхватил белокурую голову руками и впился в его губы страстным поцелуем.
Он оттолкнул его так сильно, что юноша отлетел к стене и ударился плечом.
- Поттер! Какого черта ты себе позволяешь?
- Но ты… ты же обещал… Ты ведь поймал снитч сегодня…
- Неужели? Я что-то обещал? А мне казалось, я всего лишь высказал предположение.
Лицо Гарри горело, как от пощечины. Невидящими глазами он смотрел на человека перед собой. Сжимая кулаки, он исступленно выкрикнул:
- Я ненавижу тебя! Ты, мерзкая, расчетливая, самовлюбленная сволочь! Что, добился своего? Ты счастлив, Малфой?!
Хлопнув дверью, он кубарем скатился по ступенькам. Вдогонку ему неслось:
- Ого! Кажется, сцена ревности!
- Что, Поттер, и у тебя бывают обломы?
- Молодец, Драко, ты его сделал!
Не разбирая дороги, Гарри несся по коридору…последний поворот… выскочил на улицу. И тут на него обрушились потоки воды.
Проливной дождь хлестал по лицу, не давая вздохнуть, глаза застилала сплошная серая пелена. Прислоняясь к каменной стене, Гарри стоял, раскинув руки, не пытаясь защититься от безжалостных порывов ветра…
Внезапно на него надвинулась темная фигура. Лицо было скрыто капюшоном, но голос он узнал:
- Поттер! Вы с ума сошли! Вы же простудитесь и получите воспаление легких!
- Ну и пусть! Какое вам дело! Мне плевать, что со мной будет!
Рухнув на колени, он обхватил ноги Снэйпа, прижавшись к ним лицом. Его плечи содрогались от рыданий.
- Поттер! Гарри… пойдем отсюда. Тебе надо согреться. Пойдем, мой мальчик, я помогу тебе…
Гарри встал, опираясь на его руку. Поддерживая его за плечо, Северус повел юношу к воротам замка. Войдя в холл, он прижал его к себе. Взмах палочкой, и они аппарировали в подземелья.
Наконец, он втащил Гарри в свой кабинет . Всунув ему в руки какое-то снадобье, он приказал выпить. Зубы клацали о кружку, и Гарри проливал жидкость на себя... Уложив его на кушетку, Снэйп разжег камин и стащил с него насквозь промокшую одежду. Затем примостился рядом и, поставив рядом темную склянку, начал растирать его тело чем-то пахучим.
Кажется, это был спирт.
Гарри лежал с закрытыми глазами, не шевелясь. Он уже согрелся. Тело сковало приятное оцепенение, и все мысли куда-то улетучились, оставив в голове звенящую пустоту. Чьи-то сильные руки гладили его, согревая и успокаивая. Главное, не думать о том, что это Снэйп… Ведь это мог быть Сириус… или Ремус. Его накрыли шерстяным пледом, подоткнув со всех сторон.
Свет погас. Гарри и сам не заметил, как провалился в глубокий сон без сновидений.
 
Категория: NC-17 | Добавил: Макмара | Теги: Джеймс/Сириус, NC-17
Просмотров: 665 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0 |