Среда, 12 Августа 2020, 09:11
Меню сайта
Поиск
Форма входа
Категории раздела
G [30]
Фики с рейтингом G
PG-13 [48]
Фики с рейтингом PG-13
R [104]
Фики с рейтингом R
NC-17 [94]
Фики с рейтингом NC-17
Дневник архива
Наши друзья


















Сейчас на сайте
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Статистика

Фанфики

Главная » Файлы » Гарри/Сириус » NC-17

In Camera (часть 2.1)
[ ] 16 Марта 2011, 12:59

Часть 1.2

Часть вторая

Запись №6Н: письмо, адресованное Гарри Поттером Северусу Снейпу, датировано двадцать вторым ноября 1999 года

Снейп,

прошлой ночью мы с Сириусом говорили о тебе. Знаю, это последнее, что ты хотел бы прочитать, но выслушай меня. Как выяснилось, с сентября мы оба видим сны с твоим участием, и они весьма яркие (по крайней мере, мои). Не могу сказать наверняка, что происходит, но эти сны… скажем так, не самая невинная вещь, которая мне снилась. Знаю, странные видения у меня бывали и до этого, но эти с каждым днем становятся все реальнее.

Я пытался себя убедить, что это всего лишь остаточное влияние ритуала, и мне почти удалось, но потом Гермиона позвала меня на переговоры с французским министерством. Мне не хотелось покидать Сириуса так скоро после его возвращения, и, как оказалось, не без оснований: как только мы расстались, нас обоих стали преследовать пугающие и мощные видения – друг о друге, о другом с тобой и о всех нас вместе. И несмотря на то, что во всех них мы трахались, после пробуждения всегда оставалось лишь чувство полного опустошения.

Когда я вместе с Сириусом, у меня нет этого ужасного ощущения пустоты внутри. А с тобой не происходит ничего необычного? Ты с нами не встретишься?

Искренне твой,

Гарри Поттер

 

***

 

Выдержка из записи №4А, личный дневник Гарри Поттера, 25 сентября 1999 года

Этот дурацкий дневник меня в могилу сведет (нет, я не иронизирую). Знаю, Гермиона твердо убеждена, что излагать чувства на бумаге – прекрасная мысль, и что ей ведение дневника помогло после смерти Рона (прим. Эда: Рональд Биллиус Уизли, друг Гарри Поттера, убит спустя полгода после победы над Волдемортом одним из его сбежавших последователей. Его вдова, Гермиона Грейнджер Уизли, в это время носила своего первого ребенка. Она и Уизли тайно поженились на последнем курсе Хогвартса. В 2005 Грейнджер вышла замуж за Гарри Поттера.) , но меня никогда не тянуло к писательству. И все же полагаю – лучше иметь запись всего, что со мной случилось и что случится дальше, несмотря на то, что я прекрасно понимаю: попади она в руки кого-то, кого я не знаю, или кому не доверяю, всю мою жизнь вытащат на первые страницы «Пророка».

С другой стороны – можно подумать, в первый раз. По крайней мере они в кои-то веки опубликовали бы реальные факты.

Знаю, прошло уже пять дней, но мне все еще тяжело привыкнуть к тому, что Сириус вернулся. Думаю, люди, знавшие его раньше, сказали бы, что он изменился, и, в целом, были бы правы, учитывая, что до своей смерти он не имел привычки сосать мой член. Впрочем, Сириус уверил меня, что ему всегда нравилось сосать члены. Я рассмеялся. С ним я вообще много смеюсь.

Гермиона, естественно, в ужасе, хоть и пытается скрыть это за одной из своих фирменных пламенных речей: «Ну, если это делает тебя счастливым, Гарри!»

Малышка уже такая большая! На Рона похожа как две капли воды, но, полагаю, гены Уизли не были бы генами Уизли, если бы не были настолько заметными. А этот ребенок определенно Уизли.

Ладно, речь не о Роне или Гермионе, речь о Сириусе. Он чувствует себя хорошо, по крайней мере так он утверждает, и мы много прикасаемся друг к другу, разговариваем и смеемся. У него совершенно бесподобный язык, но это как раз не удивительно.

Снейп заявил, что Сириус абсолютно здоров, как только мы выбрались из Министерства, хотя и попросил быть поосторожней пару дней. Ну то есть он многословно обругал мои умственные способности, посмотрел так, будто хотел назначить мне отработку, но это ведь все абсолютно в духе Снейпа. Забавно, но я немного скучаю по нашей переписке и тому, как я ходил к нему в кабинет, чтобы «сделать взнос», по его выражению, но он ведь выполнил свои обязательства и выплатил долг. Держу пари, теперь он запрется в каких-нибудь подземельях, варя зелья и ворча на никчемных студентов, пока годам к двумстам не превратится в бледнющий и сальноволосый труп.

Но я снова отвлекся. Как так получается, я же всего лишь записываю для себя свои мысли? Глупость какая-то. Вот почему я пишу: вчера мы с Сириусом в первый раз трахались. Точнее, я трахал Сириуса, и он кричал, как сука в течке. Это было потрясающе, хотя некоторые моменты меня обеспокоили.

Я был на встрече в Отделе обеспечения магического правопорядка, мы с Сюзан Боунс разговаривали об истории министерства, ожидая, пока ее тетка выйдет со своих переговоров. Сюзан предложила после посидеть в кафе, но я отказался, потому что нестерпимо хотел вернуться к Сириусу. Стоит нам разлучиться даже ненадолго, и я чувствую себя так, будто что-то происходит с моей кожей… Она словно натягивается, становится горячей и зудит. Думаю, в будущем нам предстоит немало игр в доктора и пациента, о чем я, впрочем, не жалею.

Когда я вернулся домой, Сириус ждал меня в гостиной. Горел камин (хотя погода того совсем не требовала), и вся мебель была сдвинута к стенам, за исключением гигантской подушки, которую Сириус, видимо, трансфигурировал, хотя не то чтобы я обращал много внимания на подушку, учитывая, что Сириус развалился на ней абсолютно голый.

Небольшое потрясение, знаете ли.

– О, привет, Гарри, – сказал он, слегка прикрыв глаза, будто вовсе не ждал, что я появлюсь в гостиной и увижу его нагишом. – Присоединишься?

– Да, – ответил я тут же и рванул через комнату, на ходу сдирая с себя одежду. Честное слово, если он будет приветствовать меня так постоянно, придется привыкать к этим магическим традициям и носить под мантией только старомодное белье, потому что одежда – самая большая морока, когда-либо изобретенная человечеством.

Я запустил руку ему в волосы (кстати, хорошо, что он решил не стричься коротко), притянул к себе и целовал долго-долго. Наши лица прижимались так плотно, что я натер кожу его щетиной, а он явно только что брился! Я боюсь представить, что бывает с его лицом по утрам. Сириус протянул руку и снял с меня очки, отшвырнул их в сторону, начал целовать мой подбородок, горло и засунул язык мне в ухо.

Блядь. Мне в ухо. Да я в жизни не знал, что мои уши так охренительно чувствительны, но когда Сириус их облизал, да. Крайне чувствительны. Он практически трахал мое ухо языком, его член прижимался к моему бедру, и я всхлипывал как щенок.

Разумеется, этот засранец отодвинулся и сказал:

– А я думал – похотливой сучкой тут буду я.

Мой мозг к тому моменту уже отключился, так что я просто снова всхлипнул, заерзал на подушке, чтобы наши члены соприкасались, и Сириус оказался практически на мне. Я понятия не имел, о чем он говорит, мне было важно только не терять его тепло, и я выгнулся, чтобы о него потереться.

– Не-а, – ответил чертов крестный, отодвигая мое бедро в сторону. – Я не позволю тебе тратить это… – он сжал мой стояк, от чего, естественно, у меня встало только сильнее.

Я застонал и снова заерзал, но он так ничего и не сделал, поэтому я наконец спросил:

– Ну и… Чего ты хочешь?

Ну ладно, может, слова прозвучали не слишком разборчиво, но смысл был таков.

– Я хочу, чтобы ты меня трахнул, – ответил Сириус, и Мерлин, какая страсть была в его голосе! – Я хочу сорвать с тебя одежду, – он потянулся к моим штанам и расстегнул их одной рукой: черт, он просто гений, – раздвинул мне ноги и оттрахал этим чудесным членом.

Сириус вытащил мой член, причем так быстро, что я едва мог понять, что он собирается делать, когда он нагнулся надо мной. Я переключился с состояния «едва вменяем и крайне возбужден» на «едва вменяем, крайне возбужден и с членом у Сириуса в глотке».

И можно, я просто отмечу? Абсолютно нечестно, что у него такие способности к минету! Этому человеку просто не знакомо понятие «рвотный рефлекс».

Итак, он обхватил меня одной рукой так, что мои яйца почти скрылись в его ладони, и сосал, сосал, а я хватался за подушку и елозил ногами по ковру, потому что мое тело попросту не знало, что ему делать. Я стонал и ругался, и уже готов был взорваться, вознеся хвалу Всевышнему за предпочтения Сириуса, когда… когда.

Ну конечно же, он остановился.

Ублюдок.

Впрочем, я не особо возражал, потому что секундой спустя с меня сорвали брюки, трусы, ботинки и носки, оставив только футболку. Не знаю, почему – обычная старая футболка с коротким рукавом. Может, все футболки напоминают ему обо мне, может, ему просто очень нравилось запускать под нее ладонь и дразнить мои соски. Что он и делал. А я его изо всех сил об этом умолял.

Сириус ухмыльнулся мне своей широкой, собачьей улыбкой, и я улыбнулся в ответ, хотя, вероятно, выглядел слегка ошарашенным.

– Готов?

– Уже сто лет как, – ответил я.

– Не могу дождаться, когда почувствую тебя в себе.

Вот это, должен признать, слегка сбило меня с толку. То есть сама идея мне нравилась, но когда я проигрывал это раньше в своей голове, снова, и снова, и снова, я всегда представлял, что Сириус трахает меня. То ли потому, что он старше, а парни постарше со мной обычно хотят быть за главных, то ли из-за того, что я думал, ему захочется обозначить свои права на меня... Но нет, он явно стремился поездить на моем члене.

Не то чтобы меня хоть чуточку отпустило, но все же.

– Хватит смеяться, – сказал я наконец, надувшись.

Сириус вытер слезы и оседлал мои колени, взяв мой член в руку и направляя его к своему входу.

– Прости, Гарри, – его голос звучал очень виновато, – но много ли ты знаешь топов, которые превращались бы в больших приставучих слюнявых собак?

Тогда я тоже рассмеялся.

– Значит, ты у нас законченный боттом?

– Преимущественно, – согласился он и втянул воздух, опускаясь на мой член. Честно говоря, я сначала запаниковал, потом понял, что легко вхожу внутрь, почти не встречая сопротивления. Сириус подготовился. Он был скользким, и горячим, и узким, и я отчетливо представил, как он лежит, раскинувшись, на ковре перед камином, и его скользкие от смазки пальцы скользят туда-сюда, то и дело скрываясь внутри. Да я просто счастливчик, что не кончил тут же.

– Боже, – простонал я, зная, что скоро перейду на бессвязный лепет. Я думал о квиддиче¸ о Дамблдоре, об ингредиентах для зелий, о чем угодно, лишь бы отвлечься от крестного – моего израненного, загнанного, воскресшего из мертвых и теперь связанного со мной крестного, – насаживающегося на мой член.

Не сработало.

Сириус упал вперед, ударившись ладонями и сменив угол. Я выгибался навстречу его движениям, и он стонал, его волосы щекотали мою шею. Это было… Положа руку на сердце, это было великолепно. И никаким образом я бы не смог сдержаться и не кончить раньше его, но я не расстраивался – так у меня будет шанс на нем отыграться.

От одной только мысли рот переполнило слюной, и я начал двигаться быстрее, сильнее, стараясь думать о чем-нибудь отвратительном – Кребб и Гойл в кружевных трусиках, Гигантский Кальмар, Амбридж, Снейп…

Снейп. Перед моими глазами внезапно возникла картинка: как я стоял на коленях перед Аркой, а он вколачивался в меня сзади... И я кончил в три сотрясающих тело толчка.

– О Боже, – умудрился я наконец пробормотать, и Сириус перенес вес на одну сторону, проведя рукой по моему лицу и запустив ладонь под пропотевшую футболку (которую, кстати говоря, давно пора было снять, потому что она меня практически душила).

– Ты прекрасен, – сказал Сириус, все еще неторопливо покачиваясь, и скользя возбужденным членом по моему животу. Я весь дрожал. – Я всегда хотел…

– Нет, не хотел, – прошептал я горько, перекатив нас так, что мой член выскользнул из его задницы, а Сириус лежал теперь на спине. – Это все ритуал, он связал нас. – Меня охватило чувство вины.

Сириус хмыкнул. И застонал, когда я взял его в рот так глубоко, как мог. Я не собирался пользоваться руками: пусть задушит меня, если хочет.

– Я всегда хотел, – возразил он, приподнявшись на одном локте, чтобы посмотреть на меня. – Никогда у меня не получалось мечтать о чем-то приличном.

Я сказал бы – «у меня тоже», но мой рот был в некотором роде занят, так что я просто простонал, скользя по его члену вверх и вниз, лаская языком головку.

– Ритуал должен был меня к кому-то привязать? – спросил Сириус, стараясь говорить обыденным тоном, хотя его голос звучал несколько неестественно.

Я кивнул, ускоряя темп.

Сириус вдруг схватил меня за волосы и остановил.

– Гарри, – выдохнул он и выгнулся, кончая. У меня во рту стало горько и солоно – и горячо, но с Сириусом всегда было горячо.

Проглотив, я продолжил сосать, пока он мог это вынести, потом выпустил его и положил голову ему на плечо.

– Я всегда был связан с тобой, – сказал Сириус. Он, казалось, погрузился в размышления.

– Знаю. Просто теперь это по-другому. Не плохо, – заверил я его. – Именно об этом я всегда мечтал. Мечтал о тебе.

– Хм-м, – пробормотал Сириус задумчиво.

Таким и был наш первый раз, за которым последовал второй, и третий, и четвертый. Я всегда был сверху, и не мог точно сказать, насколько мне это нравилось. В смысле – быть в нем оказалось здорово, но я не меньше любил, когда трахали меня.

Впрочем, думаю, я привыкну. То есть много мужчин – да даже большинство – никогда не бывают снизу, к тому же в постели можно заниматься не только этим. И, помимо всего, это же Сириус. Не могу даже представить, что когда-нибудь смогу его отпустить; теперь мы единое целое.

 

***

Запись №8А. Письмо Сириуса Блэка Северусу Снейпу, датируется первым октября 1999 года

Снейп!

Знал бы другой выход, воспользовался бы обязательно. Поверь мне, то, как все повернулось, радует меня не больше, чем обрадует тебя, когда ты дочитаешь письмо. Если дочитаешь.

Итак – ты все-таки решил читать дальше. Молодец, Нюнчик. Видишь? Мы тоже можем проявлять изобретательность. А теперь, когда я завладел твоим вниманием – вали к чертям из моей головы!

Я не единой минуты не винил Гарри за мое возвращение; он нуждается во мне, и если уж я ему нужен, значит, то, что он сделал, было правильным. Ради этого мальчика я бы небеса с землей местами поменял, хотя, полагаю, на самом деле всю работу сделал ты. И с ним вы тоже неплохо сработались, если его слова и мои непрекращающиеся сны правдивы.

Да, именно. Сны. Сны, в которых ты трахаешь моего крестника – моего Гарри. Моего, ясно? Знаю, ты должен был это сделать, Гарри рассказал мне, и я также в курсе, что к тому моменту, как ты наложил на него свои грязные руки, он был настолько далек от невинности, насколько это вообще возможно, но еще я знаю, что он мой, и меня всегда будет угнетать, что между вами двумя всегда было что-то, что я никогда не смогу разделить.

Хуже снов, в которых ты трахаешь моего любовника, только сны, в которых ты трахаешь меня. Или те, где Гарри между нами, мой член у него в глотке, а ты берешь его сзади. Или то, что когда я пишу тебе или просто думаю об этом, у меня встает. Встает на тебя, скользкий ублюдок! Это отвратительно, и я не могу выбросить это из головы, как ни стараюсь.

Гарри сказал мне, ты должен был послужить проводником, что твое присутствие изменило бы мою любовь к тебе из любви крестного к крестнику в нечто большее. Ты знал, что я и так любил его до своей смерти? Знал и все равно осуществил ритуал?

Знал, что в конце концов я буду думать и о тебе тоже?

Напиши ответ, ты, страшный костлявый ублюдок.

Сириус Блэк.

 

***

– Поздравляю, любитель заговоров.

– Что? А… новости, да.

– Приятно знать, что твою безумную теорию разделяют наше безумное правительство и СМИ?

– Ну, думаю…

– И известно ли тебе, что Джулиан Малфой взял семью и свалил на продолжительные каникулы в какое-то личное имение на французской Ривьере?

– В смысле, со своим единственным наследником?

– Точно. Так что Золотой Мальчик останется неприкосновенным… Хотя мальчиком он был пару столетий назад.

– Похоже на то. То есть, я понимаю, все, что мы видели, на самом деле ужасно, но…

– Теоретик ты наш, заткнись на секунду. У меня для тебя есть теория. Лично мне, после часов, потраченных на просмотр воспоминаний Поттера и изучение документов, адресованных ему или посланных им самим, кажется, что на подделку всей этой махины ушла бы масса времени и сил, с испорченной магией генами или без.

– Да…

– Ну так что, если фальшивка – не документы, а вся его жизнь?

– А?

– Грейнджер была его прикрытием, придурок. Возможно, они послужили прикрытием друг для друга. Я не имею в виду, что Грейнджер тоже интересовалась своим полом, только лишь то, что ей было восемнадцать, когда она потеряла своего первого мужа. Восемнадцать. Может, у нее и была какая-то большая любовь, но она хотела еще детей и решила попросить друга о помощи. А может, она была тайно влюблена в Поттера. А может – и этот вариант кажется мне наиболее вероятным – они просто решили помочь друг другу.

– Ты же знаешь, что они вместе работали над магловско-магическим объединением? Об этом все знают – Грейнджер была мозгом, Поттер знаменитым дипломатом и они… изменили мир. Именно они заложили основу того, что мы сейчас имеем.

– Ну да, знаю, именно поэтому вся эта история про геев и показалась мне неправдоподобной.

– Послушай, дружище, для некоторых из нас «истории про геев» до сих пор с трудом переносимы, но ведь Грейнджер и Поттер стали первыми, кто боролся против любого неравенства и угнетения – женщин, национальных меньшинств, оборотней, эльфов, кентавров…

– Они, вероятно, были очень заняты.

– Чертовски верно! Итак, они поженились и растили двух девочек, и, по общему мнению, были отличными родителями, но остановились на девочках, так что для них не имела значения вся эта ерунда с мальчиком-наследником.

– Значит, ты считаешь, они были просто хорошими друзьями, которые решили создать друг другу прикрытие, чтобы облегчить жизнь?

– Да, так.

– Но если Поттер так хотел детей, почему не попросил одного из тех парней, в которых якобы был безумно влюблен? Тот, кто вернул человека с того света, наверняка мог бы разобраться в вопросах мужской беременности.

– Может, они не хотели. Снейп долго работал преподавателем и никогда не любил детей, а Блэк хотел… Ну, что там может хотеть последний представитель вымирающей чистокровной линии, от которого отреклась семья, которого посадили в тюрьму за чужие преступления, а потом возродили из мертвых. Полагаю – как следует выспаться.

– Поттер спас мир, а те двое ушли на покой, да?

– По большому счету, да. И когда Поттер приходил домой, они трахались. Потом, когда он отошел от дел – присоединился к ним, возможно, вместе с Грейнджер. Мы не знаем.

– Но ты считаешь: все, что мы видели – правда?

– Да. Мы рассмотрели это со всех сторон, чёрт возьми! Воспоминания настоящие, я даже представить не могу, сколько денег, времени и сил надо приложить, чтобы их сфабриковать, и для чего? Мстить мертвецу? Кроме того, я читал дневники – они велись вплоть до дня перед свадьбой: Гарри Потер не любил Гермиону Грейнджер.

Часть 2.2


Категория: NC-17 | Добавил: Макмара | Теги: Гарри/Сириус, NC-17
Просмотров: 2089 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 5.0/1 |