Суббота, 25 Ноябрь 2017, 06:49
Меню сайта
Поиск
Форма входа
Категории раздела
G [30]
Фики с рейтингом G
PG-13 [48]
Фики с рейтингом PG-13
R [104]
Фики с рейтингом R
NC-17 [94]
Фики с рейтингом NC-17
Дневник архива
Наши друзья


















Сейчас на сайте
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Статистика

Фанфики

Главная » Файлы » Гарри/Сириус » NC-17

Оруженосец. Часть 2, глава 3.2
[ ] 28 Октябрь 2013, 23:44
Часть 2, глава 3.1

Кони тронулись, пересекли тракт и поскакали по лугу, давя копытами алые цветы. Гарри до боли в глазах вглядывался в чёрное пятнышко и отчаянно хотел догнать его. Какого дьявола моя жизнь устроена так, что Сириус все время уходит?.. Он привычно напомнил себе, что это не Сириус, но легче не стало. Стало ещё хуже. Долгое время они ехали молча, но потом Мерлин покосился на Гарри и мягко сказал, что нет смысла прибавлять ходу: к морю вместе с остальными они всё равно не пойдут.

 

— Сир Канис наверняка рассказывал тебе об «окне», верно? Мы будем ждать неподалёку от него, не пересекая границы, — говорил он. — Кто-то из магов всегда остаётся на подхвате, чтобы в случае чего открыть портал до гарнизона. Кстати, дитя, ответь-ка мне на один вопрос. Я знаю, что в вашем мире есть маги, владеющие искусством усыплять своё сознание. Ты умеешь делать это?

 

Гарри мигом вспомнил холод подземелий, крики и звон разбитого стекла. Его слегка передёрнуло.

 

— Не очень, господин Мерлин, — ответил он честно. — Кое-какие знания у меня есть, но… в общем, их точно не хватит.

 

— Ничего, — Мерлин улыбнулся. — Когда доберёмся до места, я дам тебе глоток зелья — пусть ненадолго, но оно укроет твой разум стальным щитом. Я и сам его пью, когда мне выпадает ждать рыцарей у границы. Не то чтобы я не мог защитить сознание, но, как говорится, всегда лучше подстелить себе лишнюю охапку соломы.

 

— А зачем такие предосторожности?

 

— Душа слаба, дитя, — даже душа мага. А страхи наши неискоренимы. До тех пор, пока я точно не знаю, что взбаламутило Зеркальное море, буду представлять себе тварь, которую мои глаза еще не видели. И ты тоже. Но мы не должны делать нашего врага сильней. Ты ведь понимаешь, зачем разведчики меняют обличье? Звериный разум устроен по-другому. Вернувшись, они расскажут всё подробно, тогда мы с собратьями решим, что делать, и снова пойдем к границе. Но только тогда. Алиенора, дитя, ты хочешь спуститься?

 

Белка тихо пискнула. Мерлин остановил коня и, нагнувшись, осторожно ссадил её на землю. Белка махнула пышным красным хвостом, как искорка, замелькала по лугу и исчезла.

 

 — Она быстро догонит отряд, — сказал Мерлин. — А нам с тобой тоже недолго осталось сидеть в сёдлах — погляди вперёд.

 

Гарри всмотрелся вдаль. Он увидел, что луг упирается во что-то вроде высоченной чёрной стены, и почувствовал лёгкую дрожь — таким странным и опасным казалось это зрелище. Остаток пути они с Мерлином вновь молчали. Вскоре трава поредела, под лошадиными копытами показалась земля. Гарри заметил, как пробегают по ней крохотные золотые вспышки. Стена увеличивалась на глазах, занимала уже полнеба. Наконец, когда до неё оставалось совсем немного, Мерлин велел Гарри остановиться. Травы больше не было, и широкая полоса голой земли действительно выглядела, как граница — гладкая чёрная твердь, по которой протянулись узором золотые нити, плотное марево тьмы за ней, гробовая тишина. Спешившись, Мерлин стреножил чарами обоих коней, потом развёл небольшой костерок — тоже волшебный — и уселся на подстеленный плащ.

 

— Садись подле меня, дитя. И поешь — только прежде зелье.

 

Он достал маленький серебряный флакон, отпил половину и отдал остаток Гарри. Зелье оказалось на вкус как незабвенный грибной суп авторства Гермионы — Гарри не удержался от улыбки, но поспешил запить его сидром. Он жевал вытащенное из седельной сумы мясо с хлебом, чувствуя, как уходит нервозность, голову заполняет пустота, а в груди разливается покой. Даже зыбкая чернота стены не казалась больше опасной. Вокруг по-прежнему было тихо, лишь пофыркивали да звенели упряжью кони и негромко дышал рядом Мерлин.

 

— Сэр, а что будет потом? Когда вы вернётесь сюда с магами?

 

— Возможно, мы возьмем одно существо, чтобы изучить и найти способ уничтожить его, — ответил Мерлин. — Возможно, будем убивать их там. Но скорее последнее. Здесь уже бродит нечто, отъевшееся на сытном корме — думаю, что второе такое же нам без надобности.

 

— Хорошо бы, чтоб одно.

 

— Да, дитя, это сущая правда.

 

Они помолчали, глядя на огонь.

 

— Вы ведь знали Артура, сэр? — спросил Гарри. Мерлин кивнул.

 

— Конечно, дитя.

 

— Каким он был?

 

— Отважным. Смелым, но не до безрассудства. Благородным и дальновидным. Он был истинным королем, достойным всеобщей любви, дитя. И человеком.

 

— В смысле? — Гарри стряхнул с колета крошки. — Он не был магом?

 

— Ну да, — Мерлин пожал плечами, — Артур родился человеком, лишенным даже частички обычного нашего волшебства. Однако он обладал избытком магии другого рода — магии великого сердца и здравого разума. Он был вспыльчив, наш король, но умел укрощать свой нрав. Умел прощать… и в конечном итоге это его погубило. Самые лучшие из нас погибают, ведомые самым лучшим, что есть в них, Гарри… прости за такой неумелый каламбур. Впрочем, тебе это ведомо, как никому иному.

 

Гарри опустил голову. Он был смущён, но разговор казался слишком интересным, чтобы прервать его. Мерлин заговорил снова.

 

— Камелот, королевство равных... Хоть это дошло до вас неискаженным — пусть и воплотилось столь забавно в виде легенды о Круглом Столе. А ведь дело было вовсе не в его форме… Знаешь, дитя, у меня есть безобидное чудачество: я собираю все осколки ваших сказаний о нас. Не знаю, зачем. Может, потому, что иногда нахожу там отголоски своей молодости — тех незабвенных времен, когда я ещё не был великим и почти вечным, а был простым волшебником. И мужчиной, который любил прекрасную женщину. А женщина эта, дитя, любила моего короля.

 

Он усмехнулся, поймав взгляд Гарри.

 

— Нет, не думай дурного. Ни один из нас никогда не предал бы Артура. Когда он погиб, ярость Мэб была велика — и ничуть не менее велико было её горе. Мы действительно сбежали вдвоем с нею, совсем как в ваших историях. Но с собой унесли тело Артура. Я видел, как она плакала над ним, терзая лицо ногтями, словно банши-плакальщица — и с той поры мне больше не довелось узреть слёз королевы фейри. По воле её моя жизнь бесконечно длинна. Я часто смотрю ей в глаза — и уже не могу вспомнить ту, которую полюбил больше всего на свете, хотя лицо моей желанной осталось прежним. Время остановилось для неё, теперь это время лежит в каменной гробнице Холма. Когда-то Мэб верила, что могущества фейри и воздуха здешнего мира хватит, чтобы вновь заставить биться остановившееся сердце. Верила, что любовью можно победить смерть. Но шли века, волшебство не помогало… В конце концов она поняла, что проиграла этот бой, и возненавидела смерть всеми силами своей души. Именно поэтому ты все еще здесь, дитя. Мэб хочет видеть того, кто сумел выстоять в битве со смертью.

 

— Почему вы рассказали мне это, сэр? — тихо спросил Гарри.

 

— Потому что тебе полезно это услышать. — Мерлин пожал плечами. — Да и кажется мне, что с некоторых пор ты предпочтёшь знать обо всём, что имеет отношение к тебе лично. Пусть это знание и не согреет твою душу. Прав ли я?

 

— Правы, — ответил Гарри после нескольких секунд тишины.

 

— Вот видишь.

 

Мерлин вдруг склонился к нему и заглянул в глаза.

 

— И ещё одно, дитя, — сказал он серьёзно. — Я рассказал тебе эту историю потому, что чем скорее ты найдешь ответы на вопросы королевы Мэб, тем лучше будет для тебя. Иначе однажды ты тоже посмотришь в знакомое лицо — и не сможешь вспомнить.

 

Гарри пробил резкий озноб. Он отвернулся, сжав кулаки, отчаянно желая забыть услышанное, и вдруг увидел во мраке алый всполох. Как в Холме, чёрт возьми… Вздрогнув, он подался вперёд и тут же понял, что по чёрной земле скачет к костру белка. Потом послышался топот, из темноты вышел тяжело дышащий медведь, на спине которого, как крючконосый старик на широком диване, восседал нахохленный орёл. Следом выбежали коты и лис, а последней появилась собака. Мягколап… Гарри, забыв обо всём, потянулся и тронул мокрый собачий нос. Мягколап неожиданно чихнул и раздражённо, совсем по-человечески, покрутил головой. Рядом послышался смех.

 

— Ты ему ещё палку брось — вдруг принесёт, — весело посоветовала чумазая магичка.

 

Гарри вновь смутился. Мягколап оскалил зубы и превратился в… в сира Каниса.

 

— Не делу вы учите моего оруженосца, благородная дама, — сказал он, усмехнувшись. — Почтение к господину есть первейшая его обязанность.

 

— Мать твою, всю же шкуру когтями изодрал! — заругался Атти, который тоже успел вернуться к обычному облику. Извернувшись, он почесал спину и погрозил кулаком довольному сенешалю.

 

— Зелье, дети мои, — предупредил Мерлин, встав на ноги. Он раздал каждому по серебряному флакону и проследил, чтоб выпили до дна. Атти громко крякнул.

 

— Вроде тролльей мочи напиток, — пожаловался он в пространство.

 

Магичка снова хихикнула, явно собираясь поинтересоваться, откуда у благородного рыцаря такие обширные познания, но Мерлин прервал её взмахом руки.

 

— Что там было? Вижу, вы в порядке, слава Холмам.

 

— Слава, господин Мерлин, — сказал капитан и скривился. — А была там мерзость. И много, откуда только взялось. Ведь во время прошлого дозора не было ничего похожего.

 

— Зато не «переваливался» никто, — ядовито заметил Аквила, — Я же говорил, что кентавры браги своей перебрали… Господин Мерлин, твари те будто тени — зыбкие, полудохлые. Ровно бы морю силёнок не хватает.

 

— А башня? — спросил рыжий маг. — Про башню-то расскажите, господин сенешаль.

 

— Ох, верно… Башня была. Прямо в «окне» поднялась, я этакого прежде и не встречал. Нечёткая такая, как из песка чёрного, вся дрожала. Высокая, и в решётках. Парень, ты говорил о тюрьме, я помню. Похоже?

 

— Да, — глухо ответил Гарри.

 

— Ну вот. Вокруг неё твари и кружили, словно воронья стая. Очень много. Холод был зверский… Но эти уроды вроде как ненастоящие, а ведь раньше с той стороны только телесная нечисть пёрла.

 

— Хм. Возможно, тот, кто призвал их к нам, видел их давно… или во сне. Или же разум его был помутнён. — Мерлин посмотрел в сторону капитана и осторожно продолжил: — Странно... Стало быть, совсем недавно созданий этих не было. Потом они явились — сразу и много. Но пусть сила их невелика, у кого-то её хватило, чтобы преодолеть защитные чары и вырваться. Очень странно… Что ж, об этом мы подумаем позже. Алиенора, дитя моё, мне нужно идти с вами?

 

— Нет, господин Мерлин, мы справились, — почтительно ответила магичка. — Это заклинание, что мальчик назвал, — Патронум — оно сработало так, что тварей выжгло за минуту. И башня распалась прямо на глазах. Мы вплели в защиту новую нить — я потом всё расскажу братьям из гарнизона. Красиво получилось, как серебряная вышивка на бархате… ой. Простите, господин. Так что можно возвращаться.

 

— Превосходная работа, дети мои. — Мерлин улыбнулся. — Ну, если всё так, пожалуй, не стоит тратить время — вернёмся порталом. Я чувствую в себе достаточно сил. Гарри, подведи коней. Нам надо как следует выспаться, чтобы завтра быть готовыми ко всему.

 

…Утром почти весь гарнизон собрался в трапезной — утолить голод, а заодно и послушать об удачной вылазке — но едва Атти начал рассказ, вбежал запыхавшийся маг с криком: «Наставник, клубки вернулись!». Мерлин тотчас спустился во двор, Канис и Дарни — за ним. Гарри уже знал, что клубками называют поисковые заклинания, нацеленные на гостей «с той стороны» — эти небольшие сгустки магии бегали по всей округе, пока не находили искомое, а потом возвращались назад. Ему стало любопытно, и он тоже потихоньку выскользнул из трапезной.

 

Маг, который принес известие, стоял посреди двора, держа перед собой плоское серебряное блюдо. По блюду катался сверкающий шарик. Мерлин с рыцарями склонили над блюдом головы. Они были так похожи на котов миссис Фигг, обнаруживших в саду лягушонка, что Гарри негромко хмыкнул. Мерлин заметил его и поманил к себе.

 

 — Взгляни-ка, дитя. Нам надо убедиться, что это те самые твари.

 

Гарри посмотрел на блюдо и ахнул. Шарик, катаясь, словно расчищал заснеженное окно — сперва из-под серебра проступили очертания деревьев, а потом картинка стала чёткой: опушка леса, широкий ручей, обросший пучками осоки, здоровенный гнилой пень. Дарни ткнул в ручей пальцем.

 

— Исток Кэльпиной речки, — сказал он. — От нас рысью чуть менее часа будет.

 

— Ты заметил, как оно удалилось от границы? Явно идёт к населённым местам.

 

Канис хмурился, глядя на блюдо. Дарни покачал головой.

 

— Верно говоришь, капитан. Надо срочно выступать. Господин Мерлин, как по-вашему, тварь ещё там?

 

— Обнаружив цель, заклинание возвращается мгновенно. Будем надеяться, что за час они не успеют уйти далеко — впрочем, нам поможет клу…

 

Гарри вскрикнул от неожиданности — гнилой пень вдруг зашевелился и пополз к ручью. Трава вокруг него серебрилась инеем. Теперь стало понятно, что это не пень, а раскоряченная фигура в чёрных лохмотьях. Фигура дрогнула, выпрямилась во весь рост, взлетела над землёй, и рыцари одновременно выругались, а Гарри до боли сжал кулаки. В висках у него заныло от ненависти.

 

Дементор, покачиваясь, парил в воздухе. Его плащ раздувался от ветра, меж обрывков ткани мелькали покрытые язвами руки с сероватой кожей и длинными острыми ногтями. Ручей покрылся коркой льда, трава на опушке поникла. Потом по блюду прошла странная рябь, и Гарри снова вскрикнул — из гущи деревьев выплыла вторая чёрная фигура. Дементоры кружили над ручьём медленно, как больные стервятники. Канис что-то прошептал, напряжённо глядя на тварей, картинка опять зарябилась и угасла.

 

— Стало быть, их двое, — сказал Мерлин. — Если бы клубки обнаружили ещё, то показали бы нам… Что ж. Гарри, дитя, ты узнал этих существ? Впрочем, вопрос лишний — я вижу по твоему лицу. Надо немедленно собирать магов и выдвигаться. Гарри, возьми у господ рыцарей мечи и снеси к госпоже Алиеноре — пусть омоет клинки зельем. Она знает, каким. Потом возвращайся сюда. Сир Дарни, созовите троих воинов поопытней, и тоже отправьте к Алиеноре. Думаю, десятка магов и пятерых воинов хватит, чтобы уничтожить чудовищ. А остальные пусть охраняют гарнизон и, как обычно, выйдут дозором — надо проверить, как дела у «окна».

 

Дарни передал Гарри меч и быстрым шагом пошёл со двора. Канис повернулся к Мерлину.

 

— Его участие обязательно? — спросил он, указав на Гарри. Тот дёрнулся.

 

— Сир…

 

— Я говорю не с тобой.

 

Гарри вспыхнул, прикусил губу. Мерлин подумал и кивнул.

 

— Думаю, дитя, твой оруженосец уже вполне способен побывать в настоящем деле, — сказал он капитану. — Ты же не можешь вечно держать его вдали от схваток — это противоречит рыцарскому обычаю.

 

В голосе мага слышалась мягкая усмешка. Канис бросил на Мерлина тяжкий взгляд, потом покосился на Гарри, неожиданно схватил его за плечо и встряхнул.

 

— Посмеешь лезть, куда не попросят — потом неделю не сядешь на задницу! — рявкнул он. — Ясно?!

 

— Воля ваша, сир. — Гарри в деланом смирении склонил голову. Ему было не обидно, а смешно и отчего-то радостно. Канис зло дёрнул головой, ткнул в руки Гарри меч и пошёл в сторону конюшен.

 

— Твой господин беспокоится о тебе, — сказал Мерлин негромко. — Кто бы мог подумать… Ступай, Гарри, нам надо спешить.

 

Эхо его слов все ещё звучало в ушах Гарри, когда он стремглав нёсся к покоям магички. Вскоре мечи были омыты, лошади оседланы, а сам отряд — готов выступать. Всадники выехали за ворота и поскакали через луга — в сторону, противоположную Зеркальному морю. Поисковый клубок катился впереди них. Маги говорили о своём, магическом, рыцари обсуждали стратегию предстоящего боя. Гарри с любопытством слушал. Постепенно природа вокруг стала попривычней: чем больше удалялись от границы, тем спокойней выглядел пейзаж. Появились деревья, в траве запестрели почти нормальные с виду цветы — только сама трава по-прежнему была неестественно яркой, а небо — почти фиолетовым. Гарри вдруг почувствовал тычок в плечо. Он повернулся и увидел капитана.

 

— Возьми.

 

Сперва Гарри даже не понял, что ему так раздражённо пихают. Потом пригляделся, вздрогнул, изумлённо глянул на Каниса, и, чуть не упустив повод, выхватил из руки капитана свой браунинг. Сразу вспомнился резкий голос инструктора по стрельбе. Гарри проверил предохранитель и магазин, потом бережно сунул оружие за пояс.

 

— Откуда… — пробормотал он. — Спасибо вам, сир.

 

— Не благодари, — буркнул капитан. — Не знаю, что это за штука, но решил приберечь на всякий случай — судя по тому, как бойко ты тыкал ею в меня и Атти, она что-то может. Только учти, что твой новый меч выглядит всё же несколько солиднее.

 

Гарри рассмеялся. Лицу и груди было свежо от ветра и одновременно жарко — кровь словно закипала, наполняя тело горячей упругостью, радостным сознанием собственной силы. С таким чувством он когда-то гнался за снитчем. Канис пристально посмотрел на него и сдвинул брови.

 

— Предчувствие боя всегда будоражит, мне ли не знать, — сказал он. — Но повторяю снова: даже не пробуй лезть на рожон. Держись за мной, будешь прикрывать, если потребуется. А лучше бы тебе было остаться в гарнизоне. Сходил бы с патрулем, посмотрел на границу в дневное время. Впрочем, теперь уже поздно говорить об этом.

 

— А там есть на что смотреть, сир? — улыбнулся Гарри.

 

Канис хмыкнул.

 

— Первый раз — да. Второй поскучнее, а дальше уже совсем никак. Привыкаешь.

 

Он выехал вперёд, а Гарри с удовольствием отдался ритму скачки. Луга закончились, отряд перебрался через узкую реку и направился вверх по течению. Внезапно Дарни вскинул руку и натянул поводья. Всадники остановились, рыцари потянули из ножен мечи, маги скинули капюшоны плащей. Гарри заметил, что магический шарик кружится на месте и свет его тревожно мерцает.

 

— Спешиться всем. Твари близко, — отрывисто сказал Дарни, глядя на небольшой перелесок, куда уползала голубая ленточка реки. — Растягиваемся цепью. Господа маги, будьте наготове. Оруженосец пусть присмотрит за лошадьми.

 

 — Нет. — Канис спрыгнул с коня. — Он пойдёт со мной. Неразумно оставлять его без защиты.

 

— Твари не прорвутся сквозь цепь. Мы достаточно…

 

— Это приказ.

 

Канис смотрел на Дарни холодно. Тот что-то пробормотал под нос, потом нехотя склонил голову и отошёл к молчащему Мерлину. Капитан повернулся к Гарри.

 

— Ты помнишь, что надо следовать за мной? Будь внимателен и держи меч наготове.

 

— Смотрите! — вдруг пронзительно выкрикнул кто-то из магов.

 

Лошади, нервно фырча, сбились в кучу и отступали назад. Потянуло холодом, солнце словно потускнело, маги загомонили, как стая птиц. А из перелеска выплыли две чёрные фигуры, заколыхались в воздухе и полетели к отряду.

 

— Цепью! — заорали одновременно Канис и Дарни.

 

— Приготовьтесь!

 

Голос Мерлина громыхнул так, что дементоры на миг застыли, но тут же вновь неудержимо устремились вперёд. Маги встали плечом к плечу, рыцари за ними. Канис оттеснил Гарри за спину. Его лицо было бледным и напряжённым. Дементоры стремительно приближались. Мерлин поднял руки, остальные маги тоже. Сердце Гарри заходилось бешеным стуком, кончики пальцев знакомо покалывало.

 

— Экспекто патронум!!!

 

Хор голосов был оглушительно громким. Над строем магов всплыл густой серебряный туман и разорвался клочьями — огромные призрачные звери бесшумно понеслись к чёрным фигурам. Взъерошенный волк, конь с длинной гривой, несколько псов, виверна, лев, громадный ворон, ещё один конь, сорока… Они накинулись на дементоров, словно притравленная свора на охоте — и рыцари бросились следом, вздымая мечи. Дементоры шарахнулись в разные стороны, но не тут-то было. Сорока бесшумно нырнула под капюшон одной из тварей. Та хрипло взвыла, схватилась за ткань дрожащими серыми руками. Налетел конь, сшиб её на землю — звук удара оказался неожиданно громким, и бегущий за Канисом Гарри вспомнил слова Мерлина о «телесности». Сверху обрушился лев, распластывая дементора по заиндевевшей траве. Виверна ударила хвостом, отбросив вторую тварь прямо под меч Дарни. Раздалось отвратительное чавканье, страшный вой — дементор корчился, от него во все стороны разливались волны леденящего холода, из дыр в плаще вытекала густая, похожая на гной жидкость. Дарни и кто-то из рыцарей раз за разом вонзали мечи в хлюпающую плоть. Второму дементору удалось вывернуться из-под льва и немного взлететь — он двигался с огромным трудом, словно жирная земля и невыносимо яркая трава цеплялись за его лохмотья. Существо подпрыгивала на месте, выло и хрипело. Подбежали псы, с рыком вцепились в чёрный плащ, в воздухе просвистела сталь — меч Каниса прошёл сквозь горло дементора, как сквозь плотный туман. Голова твари повисла на лоскуте, показав на миг омерзительную воронку пасти, и тут же с чавканьем приросла обратно.

 

— Этот недостаточно сыт! — отчаянно крикнул Гарри, тоже пытаясь достать дементора мечом. В глазах темнело, грудь пронизывал знакомый ужас, но он, скрипя зубами, боролся с ним изо всех сил.

 

— Предлагаешь покормить?! — проревел Канис, вонзая клинок куда-то меж колышущихся лохмотьев.

 

— Предлагаю поверить!  Что мы можем! Его прикончить! — Гарри задыхался от ярости.

 

Пальцы обожгло, и волна магии вновь хлестнула наружу из его тела, ударив в дементора, как таран. Тварь будто разбухла и вдруг дико завизжала — меч Каниса отсёк отвратительную, покрытую язвами руку. Гной хлынул на землю струёй. Гарри подскочил с другой стороны — они с Канисом беспорядочно рубили и кололи, пока не услышали громовой голос Мерлина.

 

— Назад! Пригнуться!

 

Канис рванул Гарри за плечо, оттащил прочь от груды лохмотьев и швырнул на землю, придавив собой. Воздух загудел и зазвенел, потом послышался рёв огня. Гарри с трудом приподнял голову и увидел, как дементоров поглощает алое пламя. Канис скатился с него, они отползли подальше и медленно поднялись. Голова Гарри шла кругом, все тело болело, противно ныла кисть руки — кажется, он её вывихнул. Вокруг, кряхтя, отплёвываясь и откашливаясь, копошились маги и рыцари. Пахло горелым.

 

— Проверим, справились ли мы. Будьте наготове на всякий случай…

 

Мерлин выставил перед собой ладони, прошептал заклинание и точно прихлопнул что-то — стена огня задрожала и медленно осела вниз. На обугленной траве осталось две кучи чёрно-серого пепла и несколько обрывков ткани.

 

— Ой, — расстроено заявила изрядно помятая госпожа Алиенора, глядя на эти кучки, — и исследовать-то нечего. А жаль!

 

— Вот не знаю насчет жаль, — проворчал Канис, обтирая меч о траву.

 

Всклокоченный, тяжело дышащий Дарни вдруг заржал, как жеребец, и притопнул от удовольствия каблуком. Через пару секунд над лугом разнёсся многоголосый хохот — взбудораженные маги и рыцари захлёбывались смехом, как дети. Даже Мерлин посмеивался, вытряхивая из бороды землю. Дарни подошёл к Гарри и похлопал его по спине.

 

— Хорошо натренировал мальчишку, — со знанием дела сказал он Канису. — Такого можно в дело брать.

 

— Ну вот я и взял. — Канис тоже поглядел на Гарри и коротко усмехнулся.

 

— Как в рыцари посвятят, просись к нам, в гарнизон, — посоветовал Дарни улыбающемуся Гарри, — сам видишь, нескучно тут.

 

Гарри не успел ответить — Мерлин вновь взмахнул рукой, подзывая к себе клубок — тот подкатил к его ногам, крутанулся в траве и рассыпался голубыми искрами.

 

— Что ж. Покой и мир вернулись в наш край, как должно, — довольно заметил Мерлин. — Все ли целы?.. Я рад, дети мои. Теперь вернёмся в замок — надо известить королеву о нашей удаче и выехать домой не позже завтрашнего утра. Ваши собратья, оставленные на попечении лекарей, нуждаются в моём внимании.

 

Лица рыцарей и магов слегка помрачнели. Мерлин успокаивающе покачал головой.

 

— Я уверен, что нам удастся вернуть им разум, — сказал он спокойно. — Но медлить всё же не стоит. Садитесь в сёдла, дети мои, и отправимся назад.

 

В гарнизоне ещё не отошедшие от радостного возбуждения маги решили устроить купанье — в мыльне они совместными усилиями превратили одну из кадок в здоровенный бассейн и наполнили его горячей водой. Гарри откровенно растерялся, когда весь отряд, включая и женщин, скинул перепачканную одежду и, радостно гомоня, полез в этот самый бассейн. Конечно, он привык, что на Авалоне не смущаются наготы, но колышущиеся в пенных волнах розовые прелести госпожи Алиеноры и прочих магичек — вернее, комплименты, которые им расточали окружающие — смутили его до онемения. Он покосился на капитана, который как раз принял из рук слуги кубок и поднял его за здравие «прекрасных дам», и решил не участвовать в общем веселье. Быстро ополоснулся в углу и поспешил из мыльни прочь. Настроение слегка испортилось, но налетевшие в дверях Атти и Лирен потребовали от Гарри рассказа о бое с дементорами, и времени на уныние не осталось — к тому же, через час повара подали обед. В этот раз Гарри было позволено сидеть за столом вместе с остальными. Он чувствовал себя неловко и… обиженно, глядя, как Канис оживленно разговаривает с соседями по столу, и как еду ему подаёт кто-то другой. Остаток дня Гарри потратил на чистку лошадей и сборы в обратную дорогу. Мерлин зашёл к нему, похвалил за смелость и спросил, не хочет ли он сходить вместе с рыцарями в вечерний дозор. Гарри отказался. Он устал и хотел только одного — побыстрее вернуться домой.

 

Гарнизонный тюфяк оказался жёстким и комковатым — Гарри вертелся на нём, как уж, ругаясь последними словами. Он притих, только услышав знакомые шаги, торопливо накрылся плащом и закрыл глаза. Капитан вошёл в покои — надо было встать, и помочь ему раздеться, но Гарри отчего-то упрямо лежал и делал вид, что дремлет. От Каниса явственно пахло вином.

 

— Спишь, оруженосец? — спросил он негромко. Гарри промолчал. Капитан вздохнул и полез в кровать, оставив его в покое. И это тоже почему-то показалось обидным.

 Часть 2, глава 4.1


Категория: NC-17 | Добавил: Макмара | Теги: Гарри/Сириус, NC-17
Просмотров: 348 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0 |